Богиня на кухне - Страница 68


К оглавлению

68

– Благодарю вас, Саманта, – промолвила Триш, высокомерно вздернув подбородок. – «Кровавая Мэри» будет очень кстати.


Пока мы шли к дому, Триш немного успокоилась. Она даже сама смешала себе «Кровавую Мэри», вместо того чтобы шпынять меня, и налила по порции мне и Натаниелю.

– Между прочим, – произнесла она, когда мы все расселись и сделали по глотку, – я вам кое-что собиралась сказать, Саманта. У нас будут гости.

– Замечательно. – Я прилагала немалые усилия к тому, чтобы не рассмеяться: Натаниель, сидевший рядом, исподтишка старался стащить с моей ноги сандалию.

– К нам приезжает моя племянница. Она приедет завтра и проведет у нас несколько недель. Ей нужны деревенский уют и покой. У нее много работы, которая требует полной сосредоточенности, потому-то мы с мистером Гейгером и предложили ей пожить у нас. Приготовьте, пожалуйста, для нее комнату.

– Хорошо, мадам. – Я деловито кивнула.

– Там должна быть кровать, письменный стол… По-моему, она везет с собой компьютер.

– Хорошо, мадам.

– Мелисса – очень умная девочка. – Триш щелкнула зажигалкой от «Тиффани». – Очень способная. Знаете, из современных городских девушек.

– Понятно. – Я едва не расхохоталась: Натаниель таки ухитрился стащить с меня сандалию. – А чем она занимается?

– Она юрист, – ответила Триш.

Я замерла.

Юрист? В этот дом приезжает юрист? Натаниель принялся щекотать мою пятку, но я лишь криво усмехнулась. Вот так незадача. Самая настоящая катастрофа. А если я ее знаю?

Триш взялась смешивать себе новую «Кровавую Мэри», я а между тем лихорадочно перебирала в памяти всех знакомых Мелисс. Может, Мелисса Дэвис из «Фрешуотер». Или Мелисса Кристи из «Кларк Форрестер». Или Мелисса Тейлор, с которой мы работали над поглощением «Дельты». Сутками сидели в одной комнате. Она меня узнает с первого взгляда.

– Она ваша племянница, миссис Гейгер? – уточнила я, когда Триш снова села. – Ее фамилия тоже Гейгер?

– Нет, ее фамилия Херст.

Мелисса Херст. Не помню такой.

– И где она работает? – Пожалуйста, скажи, что за границей...

– Не помню точно. Где-то в Лондоне. – Триш неопределенно повела рукой с коктейльным бокалом.

Допустим, мы с ней незнакомы. Все равно хорошего в этом мало. Лондонский юрист, да еще «очень способный». Если она работает в одной из крупных компаний, то наверняка слышала обо мне. Там все знают о бывшем сотруднике «Картер Спинк», профукавшем пятьдесят миллионов фунтов и сбежавшем из города. То есть известны все скандальные подробности моего позора.

Вдоль позвоночника поползли мурашки. Едва она услышит мое имя, ей не составит труда сопоставить одно с другим… и правда выйдет наружу. И тогда меня ожидает не меньший позор. Все узнают, кто я такая. Узнают, что я скрывала и почему.

Я покосилась на Натаниеля и ощутила приступ дурноты.

Я не допущу этого. Ни за что.

Натаниель перехватил мой взгляд и подмигнул. Я от души приложилась к «Кровавой Мэри». Ответ прост: мне придется сделать все возможное и невозможное ради того, чтобы моя тайна так и осталась тайной.

18

Скорее всего, наша гостья меня не знает. Тем не менее я приняла меры предосторожности. Приготовила комнату, как велела Триш, а потом вернулась к себе и занялась маскировкой: собрала волосы в пучок на затылке, оставив впереди лишь несколько прядей, которые в артистическом беспорядке падали на лоб и закрывали глаза. Еще надела солнцезащитные очки, которые обнаружила в ящике стола. Судя по дизайну, привет из восьмидесятых; за большими зелеными стеклами моего лица было практически не разглядеть. В этих очках я подозрительно смахивала на Элтона Джона, но ничего, переживем. Главное – что я абсолютно не похожа на себя.

Я спустилась вниз, и мне попался Натаниель, с недовольным видом выходивший из кухни. Заслышав мои шаги, он поднял голову – и остолбенел. – Саманта, ты чего?

– Нравится? – Я небрежно поправила волосы. – Решила сменить имидж.

– А очки зачем?

– Голова болит, – сымпровизировала я и поспешила сменить тему: – Какие новости?

– Да все то же. – Он скривился. – Триш прочитала мне лекцию насчет шума. Сплошные запреты. Запрещается подстригать лужайку с десяти до двух. Запрещается включать косилку без предварительного уведомления. Зато разрешается ходить на цыпочках. На цыпочках!

– Это из-за чего?

– Да из-за племянницы, будь она неладна! Нам всем придется танцевать вокруг нее. Поганые адвокатишки! – Он словно выплюнул последнее слово. – У нее, видите ли, важная работа. А я так, дурью маюсь.

– Едет! – воскликнула Триш, внезапно появляясь из кухни. – Все готово? – Она распахнула переднюю дверь. Я услышала, как открывается автомобильная дверца.

Сердце бешено заколотилось. Момент истины. Я приспустила на лоб еще несколько прядей, стиснула кулаки. Если эта женщина мне знакома, я не буду поднимать глаз, стану отделываться короткими фразами. Я – экономка. Я всегда была экономкой. Что вы, какая юридическая практика?!

– Мелисса, здесь тебя никто не потревожит, – заворковала Триш. – Я проинструктировала прислугу, они приложат все усилия…

Мы переглянулись. Натаниель закатил глаза.

– Вот сюда, милая! Давай, я подержу дверь…

Я затаила дыхание. Секунду спустя в дом вошла Триш, за которой следовала совсем молоденькая девушка в джинсах и обтягивающем белом топике, волочившая за собой рюкзак.

И это высокооплачиваемый лондонский юрист?

Я недоверчиво разглядывала гостью. Длинные темные волосы, симпатичное личико, лет, наверное, двадцать или около того.

– Мелисса, это наша замечательная экономка… – Триш наконец заметила мой прикид. – Саманта, что с вами? Вы прямо как Элтон Джон!

68